Статья 40. Участие в деле нескольких истцов или ответчиков

Комментарий к статье 40

1. Институт процессуального соучастия предполагает одновременное участие в процессе на стороне истца и (или) ответчика нескольких лиц. Соответственно, в процессе они именуются соистцами и соответчиками. Необходимость использования данной процессуальной конструкции вызвана тем, что некоторые материально-правовые нормы допускают (предусматривают) множественность лиц на стороне кредитора или должника. Например, в соответствии со ст. 47 Положения о переводном и простом векселе все выдавшие, акцептовавшие, индоссировавшие переводной вексель или поставившие на нем аваль являются солидарно обязанными перед векселедержателем. В случае предъявления иска к нескольким солидарно обязанным по векселю лицам последние будут участвовать в процессе в качестве соответчиков <1>. Напротив, при предъявлении виндикационного иска несколькими участниками общей долевой собственности все они будут участвовать в процессе в качестве соистцов.
--------------------------------
<1> См. п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 декабря 2000 г. N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" (БВС РФ. 2001. N 3).

Отличия соучастников от иных лиц, участвующих в деле, состоят в следующем:
1) от третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, соистцы отличаются тем, что у соистцов материально-правовые требования всегда совпадают; напротив, требования третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, всегда исключают требования истца (см. комментарий к ст. 42 ГПК);
2) от третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, соистцы и соответчики отличаются тем, что эти третьи лица не являются субъектом спорного материально-правового отношения, соответственно, в данном процессе они не предъявляют материальных требований и, в свою очередь, с них ничего не взыскивается (см. комментарий к ст. 43 ГПК);
3) в исках о присуждении соответчики отличаются от ответчиков (которых в конкретном деле может быть несколько) тем, что удовлетворение требований к одному из ответчиков исключает удовлетворение требований к остальным (зачастую при определенных трудностях в толковании норм об ответственности истцы сознательно указывают в качестве ответчиков нескольких возможных субъектов, предлагая тем самым суду самостоятельно определить, кто же из них должен отвечать <1>). Напротив, при участии в деле соответчиков в принципе допускается удовлетворение требований к каждому из них (хотя это, конечно же, не исключает ситуацию, когда при удовлетворении иска по делу, в котором участвуют несколько соответчиков, кто-то из них будет освобожден от ответственности, и, соответственно, в иске к нему будет отказано <2>).
--------------------------------
<1> В качестве примера можно привести случаи, когда истцы обращаются с имущественными требованиями к Российской Федерации: здесь в качестве ответчиков указывают Министерство финансов РФ, органы Федерального казначейства и иные государственные органы (см., например, Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 марта 2001 г., от 4 февраля 2003 г. N 93-Г03-3).
<2> См. п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей".

К сожалению, на практике иногда происходит смешение института процессуального соучастия с иными процессуальными институтами, например, объединение дел далеко не всегда ведет к тому, что ответчики становятся соответчиками. С практической точки зрения терминологическая путаница не всегда ведет к негативным последствиям, однако в любом случае необходимо четко понимать существо материальных требований и характер спорного правоотношения, которые могут как исключать, так и допускать активную или пассивную множественность в материальном правоотношении.
Институт соучастия применим ко всем субъектам, которые по действующему законодательству могут быть истцами и ответчиками. Кроме того, считаем, что действие института соучастия должно распространяться также и на третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора (см. комментарий к ст. 42 ГПК), хотя ни процессуальная теория, ни судебная практика какой-то специальной терминологии для случаев множественности на стороне третьего лица не выработали.
2. В ч. 2 комментируемой статьи законодатель исчерпывающим образом перечислил основания процессуального соучастия.
Процессуальное соучастие допускается, если (альтернативно):
1) предметом спора являются общие права или обязанности нескольких истцов или ответчиков. Не вызывает сомнений, что самостоятельным предметом спора могут быть конкретные права и обязанности (например, в иске о понуждении заключить договор именно правоотношение как совокупность прав и обязанностей будет предметом спора). Однако в большинстве случаев предметом спора являются материальные объекты (деньги, ценные бумаги, иные вещи). Поэтому основание, указанное в п. 1 ч. 2 комментируемой статьи, следует толковать расширительно: процессуальное соучастие допускается, если предметом спора являются общие права (обязанности) нескольких истцов или ответчиков, а равно иные объекты гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений, защита которых допускается в судах общей юрисдикции;
2) права и обязанности нескольких истцов или ответчиков имеют одно основание. Пункт 2 ч. 2 комментируемой статьи содержит, на наш взгляд, весьма спорную норму: законодатель, по сути, утверждает, что совпадение основания, из которого возникли конкретные материальные права (обязанности) истцов (ответчиков), является достаточным условием для возникновения института процессуального соучастия. Полагаем, что это не так. Например, если ответчик, управляя автомобилем, причинил в результате одного дорожно-транспортного происшествия вред здоровью нескольких граждан, то можно говорить о совпадении оснований: каждый из пострадавших, требуя возместить вред, причиненный повреждением здоровья, будет ссылаться на один и тот же юридический факт. Однако это не ведет к процессуальному соучастию: каждый из пострадавших заявляет свой самостоятельный иск, и даже то, что такие дела могут быть объединены в одно производство, опять же не превращает несколько обязательств по возмещению вреда здоровью в одно многосубъектное материальное обязательство. Комментируя п. 2 ч. 2 ст. 40 ГПК, также приводят в качестве примера случай, когда ответчик причинил вред общему имуществу истцов <1>. То, что здесь имеет место соучастие на стороне истца, сомнений не вызывает. Однако само соучастие в данном примере возникает не потому, что имелось одно основание (противоправное действие ответчика), а по причине наличия у истцов общих прав на имущество, что привело к возникновению единого многосубъектного охранительного правоотношения;
--------------------------------
<1> См.: Жилин Г.А. Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации. М., 2003. С. 49.

3) предметом спора являются однородные права и обязанности. Данное основание процессуального соучастия вызывает еще большие возражения, поскольку однородность предмета спора допускает объединение дел в одно производство (ч. 4 ст. 151 ГПК), но сама по себе никак не влечет процессуального соучастия. Законодатель, характеризуя институт процессуального соучастия, в ч. 1 комментируемой статьи прямо указывает, что совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам предъявляется иск (а не иски). Таким образом, соистцы и соответчики - это всегда стороны в одном материальном правоотношении. Полагаем, что имеется смысловое противоречие между легальной дефиницией соучастия и основанием, указанным в п. 3 ч. 2 комментируемой статьи, поскольку последнее прямо допускает процессуальное соучастие лишь по признаку однородности материальных прав и обязанностей в двух и более материальных правоотношениях. Следует, однако, отметить, что однородность требований и совпадение оснований иска в научной литературе рядом авторов рассматриваются как основания факультативного соучастия <1>.
--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР (под ред. М.К. Треушникова) включен в информационный банк согласно публикации - Спарк, Городец, 1997 (издание второе, исправленное и дополненное).

<1> См., например: Курс советского гражданского процессуального права. Т. 1: Теоретические основы правосудия по гражданским делам. С. 256; Научно-практический комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР / Под ред. М.К. Треушникова. М., 1999. С. 62.

3. Абзац 1 ч. 3 комментируемой статьи устанавливает важное правило о процессуальной самостоятельности каждого из соучастников. В практическом плане это означает, что использование любых процессуальных прав не ставится в зависимость от волеизъявления другого соучастника. В то же время при совершении такого процессуального действия, как утверждение мирового соглашения, суд должен проверить в том числе, не нарушает ли такое соглашение права соучастника, не являющегося стороной в мировом соглашении.
Верховным Судом РФ выработано правило, согласно которому заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков (в том числе и при солидарной ответственности). Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о пропуске срока исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены (полностью или в части) за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи, находящейся в совместной собственности нескольких лиц) <1>.
--------------------------------
<1> См. п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12/15 ноября 2001 г. N 15/18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

4. В абз. 2 ч. 3 комментируемой статьи сформулировано процессуальное правило, которое в ГПК РСФСР отсутствовало: в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе. Данную процессуальную конструкцию следует отграничивать от случая привлечения в процесс второго ответчика, что ранее допускалось в ч. 3 ст. 36 ГПК РСФСР в рамках института замены ненадлежащего ответчика. Дело в том, что привлечение второго ответчика свидетельствует о возможном наличии другого субъекта конкретной правовой обязанности, в то время как наличие соответчика, напротив, предполагает множественность обязанных субъектов в одном обязательстве. Второй ответчик также отличается от соответчика тем, что его интересы и интересы первоначального ответчика взаимно исключают друг друга <1>.
--------------------------------
<1> См., например: Гражданское процессуальное законодательство: Комментарий / Под ред. М.К. Юкова. С. 103.

Обязательное соучастие, о котором идет речь в абз. 2 ч. 3 комментируемой статьи, возникает исключительно в связи с характером спорного правоотношения. Полагаем, что данный характер предполагает наличие одновременно: 1) многосубъектного состава на стороне должника; 2) такой правовой связи между кредитором и должниками, при которой любое материально-правовое разрешение спора затронет права и (или) обязанности не привлеченного в дело соответчика по отношению к истцу.
Так, если заявлено требование о признании ордера недействительным, то в качестве соответчиков должны привлекаться все лица, у которых на основании данного ордера возникли соответствующие жилищные права.
Частью 2 ст. 18 Закона РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 "О средствах массовой информации" <1> установлено, что учредитель средства массовой информации вправе обязать редакцию поместить бесплатно и в указанный срок сообщение или материал от его имени (заявление учредителя). При этом по искам, связанным с заявлением учредителя, ответственность несет учредитель, а если принадлежность указанного сообщения или материала учредителю не оговорена редакцией, она выступает соответчиком. Верховный Суд РФ указал, что, если истец предъявляет требования к одному из надлежащих ответчиков, которыми совместно были распространены не соответствующие действительности порочащие сведения, суд вправе привлечь к участию в деле соответчика лишь при невозможности рассмотрения дела без его участия <2>.
--------------------------------
<1> Российская газета. 1992. 8 февр.
<2> См. п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" (БВС РФ. 2005. N 4).

К сожалению, в практике Верховного Суда РФ случаи обязательного соучастия иногда рассматриваются более широко. Например, п. 1 ст. 323 ГК РФ установлено, что при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Очевидно, что данная материально-правовая норма устанавливает приоритет волеизъявления кредитора как в части размера требований, так и в части определения обязанного субъекта. Между тем в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" <1> указывается, что, поскольку основное общество (товарищество) отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение обязательных для него указаний основного общества (товарищества), оба юридических лица привлекаются по таким делам в качестве соответчиков в порядке, установленном процессуальным законодательством. Юридическая несостоятельность данной рекомендации состоит в том, что непривлечение в дело в качестве соответчика второго солидарного должника никоим образом не влияет на его права по отношению к истцу: последний вне зависимости от материально-правового разрешения спора с первым должником вправе будет в последующем предъявить аналогичное требование ко второму должнику (солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью - добровольно или в принудительном порядке). Полагаем, что в подобных ситуациях второй должник в солидарном обязательстве должен привлекаться в процесс в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, поскольку при исполнении первым солидарным должником обязанности перед кредитором наступают материально-правовые последствия для его отношений со вторым должником (см. п. 2 ст. 325 ГК). Кроме того, изложенное выше разъяснение нарушает один из основополагающих принципов гражданского процесса - принцип диспозитивности, поскольку без установленных в законе оснований допускает привлечение в процесс без согласия истца в качестве соответчика субъекта, к которому сам истец никаких материально-правовых требований не предъявляет.
--------------------------------
<1> БВС РФ. 1996. N 9.

В судебных актах Верховного Суда РФ встречаются и иные указания на случаи обязательного соучастия. Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ посчитала обязательным привлечение соответчика при субсидиарной ответственности по основаниям абз. 1 п. 2 ст. 1074 ГК, указав, что "если... возникнет необходимость в дополнительной ответственности родителей, то соответчиками в суде выступают причинитель вреда и его законный представитель" <1>. Полагаем, что и здесь имело место юридически необоснованное обращение к институту соучастия. Дело в том, что сама конструкция субсидиарной ответственности (п. п. 1, 2 ст. 1074 ГК) исключает дублирование обязанных субъектов: за вред отвечает либо сам несовершеннолетний, либо его законный представитель. Причем даже в ситуации, когда вред возмещен несовершеннолетним частично, ответственность законного представителя ограничивается недостающей частью. Таким образом, если возникает необходимость в дополнительной ответственности законного представителя, то в процессе он должен участвовать в качестве ответчика - лица, привлекаемого к ответу по требованию о возмещении вреда полностью или в части.
--------------------------------
<1> БВС РФ. 2001. N 4.

Важно отметить, что положение абз. 2 ч. 3 комментируемой статьи о праве суда привлекать к участию в деле соответчика (соответчиков) по собственной инициативе не подлежит расширительному толкованию. В частности, суд в силу принципа диспозитивности не вправе без соответствующего заявления заинтересованного лица привлекать его к участию в деле в качестве соистца. Данный вывод находит поддержку и в практике Конституционного Суда РФ: "В случае совместных действий супругов по защите прав на общее имущество П.А. Каменских согласно части первой статьи 40 ГПК Российской Федерации должна была бы участвовать в судебном процессе в качестве соистца, но вступление в дело в таком процессуальном качестве зависело исключительно от ее усмотрения... Это означает, что суд первой инстанции при отсутствии волеизъявления П.А. Каменских не вправе был привлекать ее к участию в деле в качестве соистца..." <1>.
--------------------------------
<1> Определение Конституционного Суда РФ от 4 апреля 2006 г. N 99-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Новооскольского районного суда Белгородской области о проверке конституционности положений статей 43, 148, 150 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" // ВКС РФ. 2006. N 4.

Привлечение к участию в деле соответчика оформляется определением суда, после чего подготовка и рассмотрение дела производятся с самого начала. Определение о привлечении к участию в деле соответчика не может быть объектом самостоятельного обжалования (см. ч. 1 ст. 331, ч. 1 ст. 371 ГПК).