Статья 388. Условия уступки требования

Комментарий к статье 388

1. Российское законодательство в некоторых случаях не допускает цессии, например, транспортными уставами и кодексами запрещена передача прав на предъявление претензий, за исключением указанных в них лиц. Статья 383 ГК (см. коммент. к ней) также устанавливает определенные ограничения цессии. Это означает, что любая договоренность сторон, противоречащая этим условиям, будет признана недействительной.
2. Пункт 2 комментируемой статьи можно рассматривать как частный случай ст. 383 ГК, регулирующей запрещение цессии. Однако в данном случае возможность или невозможность цессии поставлена в зависимость от согласия должника. Если в ст. 383 ГК установлен запрет уступки требований, связанных с личностью кредитора, то в комментируемой статье вопрос о том, насколько тесно и неразрывно требование связано с личностью кредитора, отдан на усмотрение должника. Эта гибкая норма очень важна, поскольку никакое перечисление в законодательстве не сможет охватить весь круг ситуаций, возникающих в реальной жизни, но, с другой стороны, это положение может привести к определенным осложнениям для сторон, например когда кредитор решает передать свое право требования другому лицу.
По общему правилу (п. 2 ст. 382 ГК), согласия должника для этого не требуется. Однако должник может полагать, что личность кредитора имеет для него существенное значение и что необходимо его согласие для совершения цессии. Но эта проблема может возникнуть уже после передачи требования новому кредитору, и отстаивать свою позицию должнику, видимо, придется в суде. Во избежание этих осложнений, если должник полагает, что личность кредитора играет для него решающую роль, необходимо включить соответствующие положения в договор между должником и кредитором.
Пример из судебной практики иллюстрирует возможные споры сторон договора цессии в связи с оценкой личности кредитора для должника. Иск заявлен о признании недействительным договора цессии в соответствии с п. 2 комментируемой статьи. Истец утверждал, что в договоре целевого займа, заключенного им с кредитором, личность последнего имела для него существенное значение и поэтому кредитор не мог без согласия должника уступить право требования по этому договору третьему лицу. Кассационная инстанция в своем Постановлении отметила, что должник должен был представить суду доказательства наличия между ним и ответчиком таких особых правоотношений, связанных или возникших на основе договора целевого займа, которые бы свидетельствовали о существенном значении для истца личности кредитора. В данном случае истец не смог доказать тот факт, что личность кредитора имела для него существенное значение, и в иске было отказано <*>. Формулировка п. 2 комментируемой статьи свидетельствует, что суд решает этот вопрос, исходя из конкретных обстоятельств каждого конкретного спора.
--------------------------------
<*> См.: Вопросы правоприменения. Судебно-арбитражная практика Московского региона. 2000. N 2. С. 26.